РУДКОВЩИНА

Семен Борисович Топтунов.

Топтунов Семен Борисович, 1929 г.р.

В Рудковщине до войны жило больше ста человек. Евреев было порядочно. Черномордики – одна хата, Мильготины – другая хата, третья хата – фамилию не помню, Хаим – четвертая. Гирша, Бенька, Лейба, Бася и другие. Кладбища еврейского здесь не было, не помню, чтобы здесь кого хоронили.

Мама моя была белоруска Мария Ивановна Шпакова, а папа – еврей Борис Залманович Топтунов. Был он очень деловой, колхозы организовывал, был председателем сельпо. Перед войной его посадили ни за что и отправили на Урал. Там и умер в 1941 году сразу после начала войны. Детей в нашей семье было пятеро. Я – один мальчик, остальные сестры.

В начале войны здесь жили евреи из Орши. Они от немцев убегали. Вместе с оршанцами нас было человек двадцать.

Всех евреев перед расстрелом согнали в одну хату. Полицаи их тут стерегли.

Потом на коней погрузили и к лесу завезли. Раньше речка там шла.

Скомандовали всем лечь, руки за голову, и стреляли в голову. Не знаю, они яму копали, или еще кто.

Я дома был. Гляжу в окно, а немец несет девочку годиков шести. Мама ее еврейка, а отец – белорус. Мама ее поехала на лошади куда-то в лес. Так девочка глядит ему в лицо и смеется. Он ее в лес занес, на пень посадил, отошел и из пистолета выстрелил. Не попал, так живую в яму закинули. А мать ее потом тоже расстреляли.

Так как мама у нас была белорусской, нас со всеми не забрали. Только все ходили полицаи, грозились, говорили: «Вот завтра вас расстреляем». Забрали все, даже двери из хаты сняли. И землю нам не дали, когда колхозы делили. Так мы ходили в поля, собирали картошины. В беженцах мы были два раза, и в Орше и за Оршей. Это уже когда наши к Горкам подошли, нас выселяли. Но мы живы остались, и мама, и все дети.

Две мои двоюродные сестры, дочери сестры отца, из Горок убежали, когда их мать расстреляли. В соседней деревне жили. Одной годиков девять, другой – двенадцать. Говорили всем, что из Украины.

Их в телеге завезли в Горки и там расстреляли. Это дело было уже ближе к весне.

А здесь спасался еще мой двоюродный брат Мулик (тоже сын сестры отца). Полицаи его забрали в Горки на расстрел, а у немцев в это время какой-то праздник был. Так его отпустили. Потом его забрали опять, натравливали на него собак. Собаки его рвали, все тело было искусаноо. Но жив остался. Его отец Гутман в Москве служил в военно-морском министерстве. Он после войны приезжал, искал тех полицаев.

После войны приезжали из Орши родственники тех, кого расстреляли. Они и памятник поставили из кирпича. Вроде, Додкины их фамилия.

Моя старшая сестра Евгения Борисовна (Червинская – А.Л.), 1927 г.р., после войны все записывала, как колхозы образовывались, как евреи жили. Она учительницей в школе работала. У нее целая этажерка была документов. Она под машину попала пару лет назад, а все материалы, наверное, сожгли.

Место расстрела около 20-ти евреев местечка Рудковщина.

Евтихевич Вера Дмитриевна, 1926 г. р.

Я работала вместе с Топтуновой. Она сначала учителем, а потом завучем в нашей школе работала. На протяжении всего этого времени она писала летопись нашей деревни. Там и фотографий много было. Вот такая толстая тетрадь в голубой самодельной обложке. Там о многих людях было написано, и какие-то скандалы с ней были связаны. Евгения Борисовна очень ею дорожила, один раз даже конфликт в школе был. Срочно нужно было что-то, а она тетрадку свою не дала. Держала ее всегда дома, только раз директору дала на время.

Вроде бы кто-то взял эту летопись.

У Евгении Борисовны осталась дочка Татьяна. Она останавливалась у меня, когда приезжала на похороны матери. Жила она где-то за Минском. Фамилию я забыла. Она уже тоже умерла.

По просьбе Татьяны ставился и новый памятник. Это было года четыре назад.

А за старым мы всегда ухаживали. Мы когда приехали сюда в 1958 г. он уже стоял. Надписи на нем я не помню.

Лившиц Владимир Моисеевич, бывший директор Горецкого краеведческого музея. Сейчас живет в Израиле:

«Червинскую я знал лично. Она мне передала тетрадь с воспоминаниями. Я ее этим летом оставил в Горках, в музее. Памятник поставил в 60-е годы Додкин, он жил до этого лета в Кричеве. Он из тех, кому удалось спастись. Было несколько публикаций в республиканской печати по поводу этого памятника, но его так и не реставрировали. Не знаю, есть ли сейчас ограда, раньше была деревянной. Когда была школа, то Червинская с детьми за памятником ухаживали. Надпись там была краской, но выгорела».

Из текста книги: В. Лившица «Горецкая еврейская община: страницы истории»:

«В конце февраля 1943 года фашисты решили расстрелять евреев деревни Рудковщина. Учительница местной школы Елена Борисовна Червинская, уроженка этой деревни (ее отец был еврей, мать – белоруска), сама была свидетелем этих событий и всю жизнь собирала воспоминания свидетелей этой трагедии. Она вспоминала, что в предвоенные годы в деревне Рудковщина жило несколько еврейских семей: Мильготины, Черномордик (кузнец, жил один), Иоффе, Алкины, Додкины. Кроме постоянных жителей, проживали еще евреи, приехавшие в деревню в начале войны.

«12 марта 1943 года. Стоял морозный, но безветренный день, – вспоминает Е.Б. Червинская. – Утром всех евреев деревни собрали в одно здание. Нас, две семьи, у кого были матери – белоруски, под строгим наказом и наблюдением оставили дома до особого распоряжения (как было сказано старостой деревни). Мужчин погрузили на сани и повезли полевой дорогой, остальных погнали пешком по прямой дороге к лесу. Младшую внучку Черномордика немец нес за ноги (говорят очевидцы)».

Сведения о погибших евреях местечка Рудковщина.

Адам Копошилов, свидетель расстрела, вспоминал: «Земляки шли вслед почти всей деревней, кто из любопытства, кто из сожаления. Но картина расправы привела всех в ужас. Два первых выстрела попали в мать и дочь Алкиных. Она успела запеть “Интернационал”, обхватив сына. Немцы выхватили из ее рук трехлетнюю дочь, поставили кучерявую, белокурую, с большими голубыми глазами девочку на пень. Она доверчиво смотрела на выродка, наслаждавшегося этой картиной, пока не упала замертво. Пуля попала ей в голову. Люди были так запуганы, что не сопротивлялись. Их сажали на колени и стреляли им в затылок».

Подготовлено А. Литиным, И. Шендерович
Фото А. Литина

Местечки Могилевской области

Могилев• Антоновка• Бацевичи• Белыничи• Белынковичи• Бобруйск• Быхов• Верещаки• Глуск• Головчин• Горки• Горы• Гродзянка• Дараганово• Дашковка• Дрибин• Жиличи• Завережье• Кировск• Климовичи• Кличев• Коноховка• Костюковичи• Краснополье• Кричев• Круглое• Круча• Ленино• Любоничи• Мартиновка• Молятичи• Мстиславль• Напрасновка• Осиповичи• Родня• Рудковщина• Рясно• Самотевичи• Сапежинка• Свислочь• Селец• Славгород• Староселье• Сухари• Хотимск• Чаусы• Чериков• Черневка• Шамово• Шепелевичи• Шклов• Эсьмоны•