Поиск по сайту

 RUS  |   ENG 

Лея Альтшулер
«ВИШНЕВО»

Татьяна Шахнович
«ДОЧЬ ПРЕЗИДЕНТА ИЗРАИЛЯ ЦВИЯ ВАЛЬДЕН: “МОЙ ОТЕЦ НИКОГДА НЕ ГОВОРИЛ ПО-РУССКИ, НО ВСЕГДА УТОЧНЯЛ, ЧТО ОН РОДОМ ИЗ БЕЛАРУСИ”»

«ДОЧЬ ШИМОНА ПЕРЕСА ПОСЕТИЛА РОДНУЮ ДЕРЕВНЮ ОТЦА В БЕЛАРУСИ»

«ДОЧЬ ПРЕЗИДЕНТА ИЗРАИЛЯ ПОСЕТИЛА БЕЛАРУСЬ»

Татьяна Мельничук
«ПОЧЕМУ В БЕЛОРУССКОЙ ДЕРЕВНЕ ЧТУТ ЮБИЛЕЙ ШИМОНА ПЕРЕСА»

Фотоальбом «Вишнево»

Вишнево в «Российской еврейской энциклопедии»


Лея Альтшулер

ВИШНЕВО

(КРАЕВЕДЧЕСКИЙ ОЧЕРК)

О деревне Вишнево Воложинского района Минской области многие услышали лишь в 1994 г., когда известному политическому деятелю Израиля Шимону Пересу была присуждена Нобелевская премия Мира. Тогда и узнали, что родился он в Вишнево в 1923 г. и звали его Шимон Перский. Отец – Ицхак Перский (1896-1962) торговал лесом, мать – Сарра Перская (1905-1069) была учительницей русского языка и литературы. Младший брат Гиршон, так же родился в Вишнево.

Колодец у дома Переса.
Колодец у дома Переса.

В 20-30-е годы многие сионистски настроенные евреи стремились уехать в Палестину. И в 1932 г. Ицхак Перский решает уехать туда один, без семьи, устроиться, а затем вызвать жену и детей. Через два года это удалось осуществить (1). Много лет спустя, в 1992 г., министр иностранных дел государства Израиль Шимон Перес приехал в свое местечко, нашел место, где стоял дом и колодец во дворе.

Автограф Шимона Переса.
Автограф Шимона Переса.

Возможно, что в детстве Шимон слышал от родителей истории о первом появлении здесь евреев, но сегодня восстановить точную дату этого события сложно. Известно, что первое упоминание о Вишнево, как о местечке, относится к 1583 г. (2)

Местечком (мястэчко – польск., штетл – идиш) называли небольшое селение полугородского типа, возникшее в Польше в XV-XVI вв., которое, как правило, связано было с приглашением евреев местным феодалом для занятий в экономическо-посреднической деятельности. Большинство жителей составляли евреи, и образ жизни в местечке диктовался их религиозно-культурной традицией в рамках социально-духовной автономии. Часто местечко превращалось в своеобразный еврейский городок, население которого по роду своей деятельности (скупка с/х продуктов, мелкое кустарное производство, розничная торговля) тесно было связано с деревней. Обычно евреи селились в центре местечка, вблизи рыночной площади, окружая ее лавочками и маленькими магазинчиками. Недалеко строилась синагога, располагались хедер (еврейская национально-религиозная школа), аптека. Все эти особенности были присуши и Вишнево.

Наибольший расцвет это местечко получило во 2-ой половине XVIII в., во время деятельности Иохима Храптовича (1729-1812), который получил Вишнево в наследство. Государственный деятель, депутат сейма от Новогрудского воеводства, философ и писатель, участик восстания Костюшко, он один из первых в 1783 г. освободил своих крестьян от крепостного права. При нем же в I-ой половине XVIII в. стали селиться в Вишнево евреи. Граф разрешил им покупать небольшие участки земли для строительства домов, и евреи использовали эту возможность.

В скором времени был отстроен центр местечка с рынком и, как положено, с синагогой. Еврейское население в основном занималось мелкой торговлей и ремеслами. (3)

В 1795 г. после третьего раздела Речи Посполитой и присоединением белорусских земель к России, евреи Вишнево были причислены к мещанам, и местечко вошло в состав Ошмянского уезда Виленской губернии. По официальным данным, в 1797 г. в уезде жило 2212 евреев (938 мужчин и I274 женщины). (4)

Расположение местечка, в центре дорог на Воложин, Ошмяны, Крево, приносило его жителям много бед, военные лихолетья не могли миновать его. Так было и в период войны 1812 г., когда отступающие русские войска под командованием М.Б. Барклая де Толли приняли бой под Вишнево, а затем местечко было сожжено наполеоновскими солдатами. В последствие евреи вновь отстроили свои дома и продолжали заниматься ремеслом и тopговлей.

В эти годы Вишнево становится промышленным центром. Наряду с уже известным металлургическим заводом, первым подобного рода в Беларуси, здесь работали кирпично- гончарный, суконный, спиртзавод, водяная мельница. В 1866 г. начинает выпуск продукции кожзавод М. Каплана, в 1886 г. Г. Левин и М. Каплан открывают спичечную фабрику, объем продукции, которой в 1894 г. составил 12 тыс. рублей. Более прогрессивное производство шведских спичек наладил в 1908 г. на фабрике со звучным названием «Электра» Н. Ромм. (5)

Вишнево. Еврейское кладбище.
Вишнево. Еврейское кладбище.

В конце XIX - нач. XX вв. в Вишнево было много кустарных мастерских и мелких фабрик по производству пива, шерсти, маслобойня, хлебопекарня.

Еврейское население растет и, если в 1847 г. в Вишнево жило 336 евреев, то уже в 1897 г. (с расположенными вблизи деревнями и заводами) их стало 1465 из 2650 всех жителей. (6) Причиной такого увеличения еврейского населения явилось принятие русским правительством в мае 1882 г. «Временных правил», запрещавшим евреям проживать, а так же приобретать недвижимость в сельской местности, т.е. вне городских поселений, к которым относилось и местечко Вишнево. Приехавшие из сел и деревень и поселившиеся здесь евреи быстро приспосабливались к местным условиям. Некоторые из них, более состоятельные, открывали небольшую лавку или магазинчик; те, кто победнее, шли работать в еврейские мастерские или на фабрики. Основным занятием все же оставалась торговля. Мерилом экономического состояния местечка являлся рынок и происходящие там ярмарки, на которые собирались евреи не только для торговли, но и для обсуждения своих общинных проблем. Каждую неделю были торги, а два раза в год – большие ярмарки.

Без серьезных изменений евреи Вишнево, в соответствии со своими традициями (дети ходили в хедер и казенное еврейское училище, взрослые – в синагогу и в два молитвенных дома, хозяева магазинчиков ездили за товарами в Вильно, Новогрудок, Минск; в шабат – во всех домах зажигались свечи) дожили до 1914 г.

Во время 1-ой мировой войны Вишнево оказалось на линии немецких военных укреплений. Жители превратились в беженцев, особенно евреи, которые в соответствии с правительственным указом, должны были уехать в глубь России. По возвращению они нашли сожженное местечко, а на огородах и полях – окопы, траншеи, железобетонные убежища и немецкое кладбище. Вновь стали отстраивать дома, лавочки, поднимать торговлю.

В результате Брестского мира (1918 г.) Вишнево перешло к Польше. Сюда начали приезжать поляки и селиться в помещичьей усадьбе. Стали скупать и продавать леса. Этим занимались также евреи-купцы. В соседних деревнях появилась лесопилка, наладился лесовывоз. где работало до 10 тыс. рабочих. Заработанные деньги шли в Вишнево, где можно было купить различные товары и продукты.

В начале 30-х годов местечко стало разрастаться, здесь было около полусотни различных магазинчиков и лавочек, мастерских ремесленников. Кроме того, существовали более крупные предприятия – мельница Руденского, две гостиницы – Подбереского и Левина, два ресторана – Твертнейского и Рабиновича, магазин Якубени, три пивных, три хлебопекарни, аптека Побаля, медпункт доктора Подзельвера и двух фельщеров – Пыскина и Шмулевича, ветлечебница и почтово-телеграфный пункт. Большинство жителей, как и в прежние времена, были евреи, а на окраинных улицах размещались дома поляков и белорусов. Евреи, как и положено, были религиозны, но это не мешало жить им в добрых отношениях с соседями-христианами. По воспоминаниям местной жительницы М. Базык, ее родители дружили с семьей С. Перского и, когда рано умерла мать Марии, то жена Перского, Реся, помогала молодой девушке и ее сестре. Однако, евреи местечка всегда были настороже и при малейшей тревоге лавки сразу же запирались, ставни закрывались.

Дети учились в еврейской школе, где были отдельные классы для мальчиков и для девочек, обучение шло на идиш. Огромным уважением в местечке пользовался доктор Подзельвер и его жена акушерка, готовые придти на помощь в любое время. Доктор лечил от всех болезней, делал даже операции. (7)

С приходом в сентябре 1939 г. в Вишнево советской власти жизнь местных евреев круто изменилась. Многие хозяева лавочек и магазинчиков в целях сохранения своего имущества вынуждены были отдать его на сохранение своим знакомым крестьянам из соседних деревень. У некоторых, как например, у хозяина магазина Д. Шелюбского, в примыкавшем к дому сарае, поставлена была двойная тайная стена, в которой хранились наиболее ценные вещи и продукты. Милиционеры в первое время дежурили у домов «богатых» евреев, надеясь на то, что они будут выносить ценности и золото для обмена на продукты. Многие лавки и магазины больше уже не открылись, т.к. частная торговля советской властью не разрешалась. Вместо многочисленных магазинчиков и лавок, возникли 2-3 кооперативные лавки, объем, качество, и ассортимент товара в которых был очень низок. Мелкие кустарные мастерские приказано было объединить в артели. Евреи Вишнево стали бедствовать, некоторые мужчины пошли работать в артели, а основная масса строила военные укрепления на новой границе и по деревням занималась сельским хозяйством. Работала еврейская школа, где преподавала учительница, приехавшая из Восточной Белоруссии. Мальчики и девочки учились уже вместе. Молодежь создала духовой оркестр при пожарной команде. Однако в целом еврейское население местечка жило бедно, в страхе ареста или высылки. Но и эта полуголодная несвободная жизнь вскоре стала еще более ужасной и трагичной. (8)

27 июня 1941 г. в Вишнево вошли немцы. Был создан полицейский участок и вывешены объявления: «Все евреи (юде) должны носить на груди и на спине желтую шестиконечную звезду», «Кто спрячет – еврея – расстрел», «Кто даст одежду или хлеба еврею – расстрел». (9) В первые же месяцы было создано на Кревской улице гетто. Более правдиво, чем участники страшных событий тех дней, рассказать невозможно, и мы представляем письмо одной из немногих оставшихся в живых свидетелей – Эмме Михайловне Мурченко, жившей после войны в Воронеже, а затем переехавшей в Израиль.

«Немецкими фашистами был создан вишневский концлагерь – гетто, в котором было заключено 1600 человек, т.е. все еврейское население местечка Вишнево. И с этого дня началась наша мучительная жизнь узников фашистского лагеря. Прежде всего, нужно было разместить где-то 1600 человек на маленькой улице, плюс в нескольких маленьких тесных домиках у базарной площади. Жили по 3 – 4 семьи с детишками и старыми больными людьми в одной крохотной комнатушке… Но страшнее голода и холода были издевательства, какие устраивали нам фашисты и их пособники. Особенно страдали мы, дети и подростки.

Очень боялись полицейского Юровича и коменданта Пашковского. Никогда не забуду их злобные лица и пытки, которым они подвергали нас, не исключая стариков и младенцев. Любимым развлечением их было: внезапно верхом на лошадях ворваться в гетто, выгнать всех на улицу, даже больных и немощных, и избивать плетками до бессознания, а нагулявшись, вонзить штык винтовки или карабина в младенца, находящегося на руках матери, и бросить его головой о камни. Когда же обезумевшая мать с криком сходила с ума, они тут же хладнокровно ее расстреливали. Все проходило под дикий хохот палачей, которые фотографировали эти ужасные сцены.

Вишневское гетто было ликвидировано в августе 1942 г. Каратели окружили лагерь пулеметами, ночью загнали всех в пустующий сарай в конце Кревской улицы и начали расстреливать. Потом сарай облили бензином и остальных, оставшихся в живых, сожгли». (10)

Дополняет этот рассказ минчанин Иосиф Давыдович Шелюбский, которому в начале войны было 11 лет. «Уже на второй день войны немецкие самолеты пролетали через Вишнево на бомбежку и мои родители говорили, что надо уходить, но некуда. Когда пришли немцы, все мы пришили на одежду желтые латы и не имели права выходить из домов без разрешения. Несколько раз все еврейское население Вишнево сгоняли на площадь, а в это время полицаи грабили дома. Помню, как застрелили больного старика-еврея, который не смог выйти из дома на площадь во время акции. Наш дом находился на территории гетто и в августе 1942 г. наша семья – мама, отец, я и брат (7 лет) последний раз вышли из него. Каждый имел котомку, в которой можно было иметь продуктов или вещей не более 5 кг. Одной большой колонной (позже я узнал, что в ней было свыше 2 тыс. человек) нас повели вниз по Кревской улице. Колонну охраняли полицаи и немцы с собаками. По дороге мы должны были пройти через мостик небольшой речушки, и отец сказал маме, что здесь в этом месте надо попробовать спастись. Брат был болен, и мама решила, что останется с ним, а я и отец, подойдя к реке, побежали в сторону леса. Одновременно и другие люди из колонны начали разбегаться, но немногим удалось скрыться. Мы спрятались в поле высокой пшеницы и видели, как уничтожали наших родных и знакомых. Всю ночь мы шли и лишь к утру попали в соседнюю деревню, к знакомому отца Сымону. Он спрятал нас в телеге и перевез в партизанский отряд, где мы воевали до Победы». (11)

Местные жители и сегодня помнят те события. Пудакевич Тамара Ивановна (1921 г.р.) рассказывает: «До войны я работала няней в семье Шелюбских. Относились там ко мне очень хорошо. Когда немцы согнали всех евреев в гетто и запрещали им оттуда выходить, я и другие молодые девушки и парни ночью приходили к забору и приносили продукты, обменивая их на вещи или просто отдавая. Часто мы передавали продукты с теми, кто имел возможность заезжать с подводами на территорию гетто. Это делать было опасно – могли расстрелять. В одно из воскресений полицаи нас выгнали из костела и приказали быстро идти домой и оттуда не выходить, но мы спрятались в кустах и видели весь этот ужас – уничтожение евреев нашей деревни и тех, кто был согнан сюда из близлежащих деревень».

Базык Мария Ивановна (1914 г.р.) пережила всю оккупацию в Вишнево. Ее муж, работающий в пожарной команде и хорошо знавший многих евреев, часто бывал на территории гетто и предупредил, что скоро ожидается ликвидация всех здесь находящихся. Он сказал об этом доктору Подзельверу и предложил ему спастись, но тот отказался – не хотел оставлять жену с дочерью, а всем спастись не было возможности. Дома Мария Ивановна прятала в шкафу дочь их друзей-евреев в течение 2-х недель, а накануне акции мать прибежала и забрала девочку с собой, поверив, что немцы поведут всех на железнодорожную станцию Богданово и оттуда повезут в другое место.

Воспоминания жителей Вишнево подтверждают официальные документы. Вот отрывок из протокола допроса унтершарфюрера Франца Гесса.

«Прокурор: В августе 1942 г. в составе команды вы выезжали в местечко Вишнево, где было расстреляно 1500 человек, находящихся в гетто. Трупы сжигались.

Гесс: Эта операция производилась точно так же, как и предыдущие. Со своей командой мы выехали в Вишнево, где была уже подготовлена нам в помощь полиция и вооруженная охрана.

Прокурор: Полиция откуда была?

Гесс: Эта полиция была из Вишнево. После того, как людей вывели из помещения гетто, вывезли их за город в одну деревню, в этой деревне они были расстреляны, а труппы также сожжены.

Прокурор: Кто руководил этой операцией»?

Гесс: Унтерштурмфюрер Граве. Он был начальником полиции безопасности и СД Вилейки.

Прокурор: С имуществом как поступили в данном случае?

Гесс: Имущество все собрали и привезли в Вилейку.

Прокурор: Опять в чье распоряжение оно поступило?

Гесс: Опять так же было отослано в Берлин, как и в предыдущий раз». (12)

Почти все немногие, оставшиеся в живых евреи (12-15 человек), приезжали в Вишнево после войны на день-два, ходили по своим родным местам и уезжали. Они не могли здесь оставаться – слишком страшными были воспоминания.

Так закончилась история еврейского местечка Вишнево. В сегодняшней деревне чтут память земляков-евреев. На месте уничтожения их стоит мраморный памятник, открытый в 1980 г. На нем, как и на многих других, надпись, что здесь покоятся останки советских людей, замученных фашистами. В те годы не писали слов «евреев». За памятником ухаживают учащиеся местной школы, которые знают о трагедии тех августовских дней 1942 г. И сегодня перед памятью 2060 человек, погибших только потому, что они были евреями, есть долг – найти и увековечить их имена. Изучение истории евреев местечка Вишнево продолжается.


1. Батвінік М. Нарадзіўся ў Вішневе. Валожынскі раён. Памяць. Гісторыка-дакументальныя хронікі гарадоў i раенаў Беларусі Мінск, 1996. С. 407.
2. Шаблюк В. У Вялікім княстве Літоўскім i Рэчы Паспалітай. // Валожынскі раён. С. 27.
3. Битэль П. Вішнева і вішнеўцы: Краязнаўчы нарыс. (Рукопись). С. 10.
4. Еврейская энциклопедия. СПб., б г. Т. 5. С. 557.
5. Кіштымаў А. У складзе Расійскай iмперыі. // Валожынскі раён. С. 40.
6. Еврейская энциклопедия. СПб., б г. Т. 5. С. 650.
7. Битэль П. Вішнева і вішнеўцы. С. 13.
8. Побаль К “Новы парадак” у Вішневе. // Валожынскі раён. С. 168.
9. Там же. С. 166.
10. Там же.
11. Из беседы с автором, записанной 27.10.97.
12. Уничтожение евреев СССР в годы немецкой оккупации (1941 -1944). Сборник документов и материалов. Иерусалим, 1992. С. 206 – 207.
Еврейское местечко под Минском


Местечки Минской области

МинскБерезиноБобрБогушевичиБорисовВилейкаВишневоВоложинГородеяГородокГрескГрозовоДзержинскДолгиновоДукораДулебы ЗембинИвенецИльяКлецкКопыльКрасноеКривичиКрупки КуренецЛениноЛогойскЛошаЛюбаньМарьина ГоркаМолодечноМядельНалибокиНарочьНесвижНовый СверженьОбчугаПлещеницы Погост (Березинский р-н) Погост (Солигорский р-н)ПтичьПуховичи РаковРованичиРубежевичиРуденскСелибаСвирьСвислочьСлуцкСмиловичиСмолевичи СтаробинСтарые ДорогиСтолбцыТалькаТимковичиУздаУречьеУхвалы ХолопеничиЧервеньЧерневкаШацк

RSS-канал новостей сайта www.shtetle.co.ilRSS-канал новостей сайта www.shtetle.co.il

© 2009–2010 Центр «Мое местечко»
Перепечатка разрешена ТОЛЬКО интернет изданиям, и ТОЛЬКО с активной ссылкой на сайт «Мое местечко»
Ждем Ваших писем: mishpoha@yandex.ru