Поиск по сайту

 RUS  |   ENG 

Ветрино в «Российской еврейской энциклопедии»


Аркадий Шульман

КАМЕННАЯ ЛЕТОПИСЬ КАРАСЕВА

Я слышал о нем давно, читал в газетах, смотрел сюжеты по телевидению. Энтузиаст, подвижник, не за деньги, и не ради славы, а потому что так требует душа, он посвящает дни напролет общественным делам. Заботится о нашей с вами памяти, чтобы об истории знали дети и внуки, украшает землю памятниками, мемориальными знаками. Я собирался к нему приехать, поговорить, да все неотложные дела не давали сбавить скорости, и я проезжал по дороге, мимо красивого места, где стоит его дом, мимо соседнего озера, где с удочкой он любит проводить свободное время.

И все же в этот раз, находясь в Полоцке, решил непременно приехать к Карасеву в Ветрино. Тем более, что на рейсовом автобусе езды здесь всего 40 минут.

Виктор Романович Карасев.
Виктор Романович Карасев.

Виктор Романович живет в большом и светлом доме, вдвоем с женой и главной помощницей.

Времени на все разговоры у нас было не так много. Несмотря на официальное пенсионерство (даже дважды пенсионерство: и военное, и по возрасту), Виктор Романович человек занятый. На сей раз, он спешил в Полоцк, где возглавляет общественную организацию ветеранов народного просвещения.

Я включил диктофон, и мы перешли к вопросам и ответам на них.

– Откуда такое название, Ветрино? – спросил я.

– Давно это было, – ответил Виктор Романович, – более пятисот лет назад, когда строили здесь первые дома. Их поставили на высоком, открытом всем ветрам, месте. Здесь же поставили ветряную мельницу. Лучшего места для нее не придумаешь. Поэтому, по моему предложению, в гербе Ветрино, который недавно официально утвердили, центральное место занимает ветряная мельница. До недавнего времени здесь действительно стояла ветряная мельница. Правда, думаю не та мельница, с которой начиналась поселение, а более поздняя. Кто был ее последним хозяином, не знаю. А хотелось бы узнать. Может, ваши читатели помогут.

Есть и другая версия, как появилось название Ветрино. Более литературная, но исторически, как мне кажется, менее правдоподобная.

Путешествуя по этой местности, проезжала в карете российская императрица Екатерина II. Остановились путники на высоком месте, императрица вышла из кареты, и в это время ветер сорвал у нее и унес головной убор. Императрица Екатерина II в сердцах воскликнула: «Как здесь ветрено!»

Мы вышли из дома Карасева, и пошли к автобусной остановке. Расстояние не такое уж большое, но практически мы пересекли весь городской поселок. Не то что на каждом углу, а каждый встречный почтительно здоровался с Виктором Романовичем, а иногда он кого-то замечал в огороде или у колодца, приветствовал и желал здоровья. Карасев в Ветрино, хотя этого звания ему официально не присуждали, по-настоящему почетный гражданин. В перерывах между этими встречами, Виктор Романович рассказывал мне об истории Ветрино. Это было путешествие во времени.

Ветрино в начале XX века был небольшим, но уютным и красивым городком. Располагался вдоль дороги, которая шла с Полоцка на Глубокое и дальше на запад. Весь населенный пункт – одна улица. С двух сторон, на въезде и выезде, стояли корчмы. В центре Ветрино, там где сейчас больница, был базар. Сюда съезжались крестьяне с окрестных деревень, торговали магазины, лавки. Недалеко находились церковь и синагога.

От той синагоги сейчас остался только высокий фундамент. Мы подошли к этому месту, и я сфотографировал его. Сейчас на высоком фундаменте стоит магазин, а чуть дальше указатель – поворот на деревню Дубровка.

– А как до войны называлась эта улица? – спросил я.

– Называлась так же, как и теперь, улица Ленина, – ответил Виктор Карасев.

– Значит, синагога стояла на улице Ленина, – сказал я, и понял, что в этих словах и горечь, и юмор, и парадокс. Все, как в жизни.

– И церковь тоже стояла на улице Ленина, – добавил Виктор Романович.

Церковь и теперь стоит на той же улице, правда, находится в другом здании. В начале девяностых, под нее отдали Дом культуры. И костел здесь же недалеко, открыли в год 500-летия Ветрино, службы проходят не каждый день, ксендз не местный, приезжает. И еще одна церковь есть – протестантская. Вот только синагоги нет. Потому что евреев в Ветрино не осталось.

По официальным данным в 1970 году еще было 19 человек, в 1989 году – 3 человека. А сегодня – никого.

Жители Ветрино среднего и старшего поколения с уважением вспоминают директора школы Самуила Гинзбурга, учительницу немецкого языка Дарью Киммельман. Они работали в Ветрино в шестидесятые годы. Как сказал Виктор Карасев: «Видные были люди».

Ветрино. На фундаменте бывшей синагоги построен магазин.
На фундаменте бывшей синагоги построен магазин.

– А куда делось здание синагоги? – спросил я.

– Деревянное было, состарилось и развалилось. Это уже в послевоенные годы.

Перевернута последняя еврейская страница в истории Ветрино. А страниц этих было немало. В 1838 году здесь жило 127 евреев, кстати, именно тогда и появилась в Ветрино хасидская синагога. Спустя девять лет еврейское население увеличилось и, вероятно, не только за счет естественного прироста. Хотя и восемь, и десять, и даже двенадцать детей (сколько колен израилевых) удивления не вызывало, и ордена за это матерям не давали. К 1847 году численность евреев Ветрино возросла до 228 человек. Все местечко разговаривало на идиш. В последующие годы численность еврейского населения сократилась, вероятно, это связано с переездом части семей в соседний город Полоцк – до него 22 километра, в город Дисну – до него 23 километра или в большое местечко Бабыничи – до него 18 километров. Так или иначе, но в 1876 году в Ветрино проживало 74 еврея.

Естественно, я задал вопрос о еврейском кладбище. Община всегда заботилась о синагоге, школе, кладбище. Создавались различные благотворительные организации. Забота, о тех, кто уходит в мир иной, была первоочередной.

– Еврейского кладбища в Ветрино не было, – сказал Виктор Романович. – Но было старинное кладбище километрах в семи отсюда, недалеко от нынешней деревни Слобода. Это по дороге на Глубокое.

Увидев мое удивление, почему кладбище находилось так далеко от населенного пункта, Карасев стал пояснять.

– Там находилось большое еврейское местечко Ореховно – с синагогой, с большим количеством ремесленников. И там было кладбище. Вероятно, одно на две общины. Оно фрагментарно, но сохранилось. На 15-20 мацейвах (надгробных памятниках) еще можно прочитать надписи. В 1921 году, когда Советская страна проводила границу с буржуазной Польшей, ее линия прошла как раз по местечку. И его полностью отселили, а на месте местечка поставили погранзаставу. Теперь Ореховно находится ближе к Ветрино, на месте бывшего поместья Забелов.

Но самое бойкое время у Ветрино наступило после 1907 года, когда через этот населенный пункт прошла железная дорога Бологое – Седлец, фактически соединившая Петербург и Варшаву. По тем временам – большой экономический проект. Россия взяла у Франции кредит в 5 миллионов франков. У немецкого металлургического «короля» Крупа закупались рельсы.

– У нас в школьном музее есть кусок той рельсы, с выбитой датой – 1886 год, – сказал Виктор Карасев.

Школьный музей, как и многое другое в городском поселке – детище этого очень неспокойного человека. Виктор Романович – главный краевед, и знаток истории родного края. Не припомню, чтобы когда-то за работы в области краеведения, удостаивали звания «Человек года». Виктор Карасев заслуженно получил звание «Человек года Витебщины».

– Я родился в Ветрино в 1937 году. Немного помню довоенные времена. Потом двадцать семь лет служил в ракетных войсках в Прибалтике, в Белоруссии. Параллельно учился в Рижском университете, окончил исторический факультет. А когда демобилизовался в звании майора, пришел работать в родную школу. Пятнадцать лет преподавал историю и занимался краеведением.

Виктор Романович автор четырех книг по истории Ветрино, по истории партизанского движения. Он создал настоящую каменную летопись края. Звучит, это не совсем обычно, но точно отражает сделанное им. По инициативе Карасева установлено 15 мемориальных знаков и 2 мемориальные доски, посвященные важным историческим событиям и известным людям. Безусловно, один он бы не смог осуществить такой замысел. Ему помогают и выпускники школы, которые сегодня занимают руководящие должности, являются предпринимателями. Идут навстречу власти городского поселка и района. Еще бы, один такой энтузиаст, как Карасев!

Установлен мемориальный знак в честь 500-летия городского поселка, благодаря этому и дети, и взрослые знают, что основан он был в 1504 году. Лучшего урока истории не придумаешь.

Карасев нашел могилу известного ученого, историка Александра Сементовского, и установил на ней памятник. Приезжали из Санкт-Петербурга правнуки Сементовского, звонили из Германии его потомки.

Установлен мемориальный знак в честь Анны Мисуно (1863–1922), первой в Беларуси и России женщины-геолога. Она была доцентом Московского университета. Удалось установить место ее рождения. Теперь в Ветрино есть улица, носящая имя Анны Мисуно.

В деревне Залесье установлен мемориальный знак в честь известного деятеля белорусской культуры первой половины XX века Бронислава Игнатовича Эпимах-Шипилы. Это шестнадцатитонный валун, красивой фактуры, на котором укреплена металлическая табличка с текстом и изображением.

Другие мемориальные знаки – в честь деятелей белорусской культуры, писателей, значительная часть посвящена тем, кто в годы Великой Отечественной войны в действующей армии, в партизанах сражался с фашизмом.

Памятник евреям Ветрино

Ветрино. Открытие мемориального знака.
Открытие мемориального знака.

Но одним из первых был, установленный 8 ноября 2002 года, мемориальный знак в память о евреях Ветрино – узниках гетто, расстрелянных фашистами.

Мы направились к этому мемориальному знаку. Прошли по центральной улице, мимо школы… Карасев рассказывал мне, что евреи до войны работали в шерсточесальне, был хороший кузнец, аптекарша, стекольщик, врач. Женщина-врач успела уйти в партизаны...

До войны в Ветрино проживал 61 еврей. Многих мужчин мобилизовали в армию. Эвакуации с Ветрино, ни организованной, ни стихийной, не было. Успело уехать на восток только начальство районного центра. Фашисты расстреляли 59 евреев. В свидетельских показаниях Лобок М.А. (1906 г.р.), которые он дал Комиссии по расследованию злодеяний немецко-фашистских захватчиков на территории Ветринского района 30 марта 1945 года, есть слова: «Как в первой, так и во второй группе среди евреев (речь идет о расстрелянных – А.Ш.) были в основном женщины, старики, дети». Значит, в Ветрино были расстреляны не только местные евреи, но и жители близлежащих деревень, беженцы, которые пришли в Ветрино и здесь попали в гетто.

В Комсомольском переулке подошли к синей металлической калитке, между деревянными заборами.

– Это и есть наш мемориальный комплекс, – сказал Карасев.

Дорожка шириной в два метра и длиной метров тридцать, с ухоженными обочинами, летом здесь растут цветы, вела к камню, на котором выбита шестиконечная звезда. И здесь же гранитная табличка с надписью. «Место захоронения 59 евреев – жителей Ветрино, расстрелянных немецко-фашистскими оккупантами в декабре 1941 года».

И, естественно, первый вопрос, который я задал Виктору Карасеву:

– Как возникла идея мемориального знака?

– В начале девяностых годов я работал в школе и жил в родительском доме. Ежедневно мой путь проходил мимо этих огородов, мимо места, где был совершен расстрел. И каждый раз я чувствовал в душе какое-то волнение. Здесь нет моих родственников, у нас в родословной не было евреев, нет здесь моих знакомых, друзей, в 41-м году мне было всего четыре года. Я не знал этих людей. Но чувство волнения, сопереживания, каждый раз у меня появлялось. Я понимал, что предыдущие власти городского поселка поступали не по-человечески. Долг земляков – почтить память погибших. Это место было заброшено. До войны здесь был пустырь. А после войны колхоз перепахивал землю. Хотя, когда мы укладывали тротуарную плитку, увидели косточки. Захоронения были совсем неглубокие. Значит, эти кости видели и те, кто пахал, сеял. Потом здесь стали строить дома, появилась улица.

– Откуда вы знали, что евреи были расстреляны именно здесь?

– Об этом знали все старожилы Ветрино. Еще живы очевидцы той трагедии. Я всех кого мог, опросил. Написал запросы в архивы, получил ответы. Потом опубликовал в газете «Полацкi веснiк» (12 ноября, 2002 г.) статью «Данiна памяцi. Старонкi генацыду яўрэйскага насельнiцтва Ветрына». Была проведана большая подготовительная работа. Я помню, как на это место приходил Самуил Исаакович Зарецкий. Он ушел на фронт с Ветрино. Воевал, был ранен, награжден. А когда вернулся домой, узнал, что вся его семья, жена и трое детей, были расстреляны здесь. Самуил Исаакович после войны был организатором пожарной службы в Ветрино, потом работал завхозом в школе. Он женился, у него родился сын – сейчас он живет в Полоцке. Но боль Самуила Исааковича не успокаивалась. Он приходил на это место, садился и плакал. Зарецкий умер сравнительно молодым, в 60-е годы.

– Почему расстреливали евреев именно здесь?

– 27-28 июня 1941 года, когда немцы первый раз бомбили Ветрино, сюда упали бомбы и образовались большие воронки, в них и решили сделать братские могилы.

Ветрино наши войска сдали почти без боя. Красноармейцы пытались закрепиться восточнее, на берегу реки Ушача.

Вскоре после оккупации Ветрино немецко-фашистские захватчики провели перепись еврейского населения, конфисковали имущество евреев, заставили их нашить на одежды желтые латки и под охраной гоняли на самые тяжелые и черные работы. Не обошлось без помощи местных прихвостней, подавшихся в полицию. Кое-кто из евреев заходил к довоенным соседям, заносил посуду, ложки, вилки, перины, матрацы и говорил: «Пускай пока побудет у тебя, будем живы – заберем». Боялись погромов, грабежей, но о расстрелах речи не было.

Свидетельница Сорока Анна Дмитриевна, 1901 г.р. показывает (Из материалов Государственной Чрезвычайной комиссии): «В конце октября 1941 года всех евреев м. Ветрино согнали в 3 дома по улице Чкалова. Всего было 60 человек. Дома были обнесены проволокой и охранялись полицией. Ход в эти дома мирным жителям м. Ветрино был под угрозой расстрела запрещен. Часто оттуда был слышан плач голодных детей, которых немцы продержали до 10 января 1942 года. 11 января 1942 года, приехавший из Полоцка карательный отряд расстрелял всех евреев в болоте между поселком Косари и м. Ветрино». (Национальный архив РБ, Ф. 845, о. 1, д. 144, с. 28/29)

Цифры и даты в свидетельских показаниях всегда требуют уточнений. Они основаны на памяти людей.

Ветрино. Улица Чкалова. Здесь было гетто.
Улица Чкалова. Здесь было гетто.

В гетто попала семья Зарецкого (4 человека), семья Гиндиных (4 человека), Самуила Гофмана (5 человек, в том числе 5-летняя дочь Соня), семья Милтман (6 человек, в том числе дети 1, 4 и 7 лет) и другие. Среди 59 расстрелянных евреев – 14 детей в возрасте от 1 до 14 лет.

Три дома по улице Чкалова, тех самых в которых было гетто, стоят и сегодня. Один из них обложили белым силикатным кирпичом. В них живут люди. Они ни в чем не виноваты, и дай Бог им здоровья. Но я не могу представить себе, какая энергетика в домах, пронизанных болью и страданиями.

Кушать узникам было нечего. Гетто было обнесено колючей проволокой, охранялось полицаями. Довоенные соседи, когда проходили мимо, тайком пытались что-то бросить под проволоку. Когда узников гоняли на работы, соседи выносили кусок хлеба, картофелину или свеклу. Жизнь для евреев Ветрино продолжалась еще два месяца.

Виктор Карасев нашел и побеседовал со всеми, кто что-то знал об узниках гетто. Он встречался с Савицким М.М. До войны тот учился в 5-6 классе вместе с дочкой заведующей аптекой – Зельцерман Сейкой. Забермах Т.Р. (после войны она жила в Ленинграде, фамилия по мужу Уткина) училась вместе с сыном Гиндиной – Володей. Отец у него был русский, мама – еврейка. С дочкой С. Зарецкого – Цылей училась В. Поливко (Зайченко). Рыбкина Н.С. (Стрельченко) училась вместе с Блохман. Так прояснялся круг людей, которые стали узниками гетто.

В материалах Чрезвычайной комиссии дата расстрела указана – 11 января 1942 года. На мемориальном знаке значится декабрь 1941 года. Дата не имеет такого уж принципиального значения, и все же, когда наступил черный день для ветринских евреев?

– Мы основываемся на воспоминаниях бывшей партизанской разведчицы Марии Григорьевны Воробьевой, – отвечает на мой вопрос Виктор Карасев. – Она работала до войны в Ветрино, ее оставили здесь для подпольной работы. Когда ее рассекретили, и Марии Григорьевне грозила казнь, подпольщицу срочно переправили в партизанский отряд. Это было в конце 1941 года, под Новый год. Расстрел евреев к этому времени уже произошел.

Может быть, некоторая неясность с датами из-за того, что было два расстрела.

Первый расстрел коснулся узников Ветринского гетто.

Из показаний Забермах Р.В., 1892 г.р. (Из материалов Государственной Чрезвычайной комиссии).

«Видел, как немцы на двух легковых автомашинах приехали из Полоцка. Вывели евреев из домов. Два немца шли впереди, три – позади. Повели к болоту около деревни Косари (теперь улица Октябрьская). По 2–3 человека подводили к яме и расстреливали».

Расстрел издалека видели несколько человек. Гур Евгений Васильевич, тогда ему было чуть больше десяти лет, стоял на высоком месте, там где сейчас находится больница, и все видел. Он рассказал Виктору Карасеву, что помнил о том страшном дне.

Расстрел произошел в полдень. Чуть подмораживало. Снега было мало. Узников вели к месту казни вдоль болота. От гетто до расстрельных ям метров триста. Один мальчишка пытался убежать, его застрелили и бросили в яму.

В этот день погибло чуть больше 40 евреев.

Закапывать труппы пригнали местных мужчин. Надежда Лукьяновна Рыбкина (Стрельченко) чей отец закапывал расстрелянных, вспоминала, что, придя домой, он день не мог ни разговаривать, ни пить, ни есть.

А через неделю состоялся второй расстрел ветринских евреев.

Из показаний Лобок А.М., 1906 г.р. (Из материалов Государственной Чрезвычайной комиссии).

«Видел, как расстреливали, а неделей позже – вторую группу, приблизительно 13 человек расстреляли в Лабковском лесу».

Жительница Ветрино Титова Н.В. жила тогда в доме по дороге на Быковщину и видела, как полицаи гнали эту группу.

Ветрино. Памятник воинам-освободителям.
Памятник воинам-освободителям.

Карасев в своей статье в газете «Полацкi веснiк» пишет, что «место их расстрела на окраине Лабковского леса хорошо знали жители Ветрино Масловский Л., Зайченко В., ветеран Великой Отечественной войны Артеменок Н (девичья фамилия Лобок)».

Сегодня место второго расстрела никто не может показать.

Откуда появилась вторая группа евреев, если всех, кто находился в гетто, уже расстреляли? Говорят, это те, кто сумел каким-то образом спрятаться, или те, кого пригнали из окрестных деревень.

В материалах Государственной чрезвычайной комиссии названы палачи виновные в расстреле ветринских евреев: «Военный комендант Гайгер Вили Генрих, уроженец Гамбурга; помощник коменданта Шнеппан; штабс-фельдфебель, начальник гестапо Риза»

Жительница Ветрино Забермах Р.В. пыталась спасти 4-летнюю еврейскую девочку, дочку довоенного председателя Ветринского сельпо Гофмана. Немцы узнали об этом и расстреляли ребенка.

Рассказывают, что жительница деревни Дубровка спасла детей И.И. Стрикеля. Жительница деревни Нача-Шпаковщина, бывшего Ветринского района, Карпович П.А. спасла жизнь маленькой еврейской девочке. Через их деревню гнали в Дисну, скорее всего в гетто, группу евреев. Мама девочки, незаметно от конвоиров, на виду у Карпович и ее детей, столкнула дочь в бывший панский склеп около самой дороги. Карпович забрала девочку к себе. Не донесли немцам, хотя многие это видели.

– Когда устанавливали мемориальный знак на месте расстрела евреев, никто не отказал в помощи, – рассказал Виктор Карасев. – Все взяли на себя посильный груз: и власти городского поселка, и районное жилищно-коммунальное хозяйство, и предприятия Новополоцка, где работали мои бывшие ученики, и еврейская община Полоцка. Знак находится фактически посередине огорода. Хозяин участка Буллах П. разрешил использовать часть его для мемориала. Сейчас за мемориальным знаком смотрит местное профтехучилище.

Стела памяти в Быковщине

В 2008 году Виктор Романович Карасев открыл Стелу памяти в деревне Быковщина, рядом с Ветрино. Она посвящена партизанам, воинам, ушедшим из этой деревни на фронт, воспитателям и воспитанникам детского дома.

В середине 90-х годов я приезжал в Быковщину, когда Зое Васильевне Михайловой вручали медаль Праведник Народов Мира за спасение еврейских детей в годы Холокоста. Очерк «Родной дом» об этой мужественной женщине, о других воспитателях детского дома, о детях, которых они спасали, был опубликован в сборнике «Породненные войной» (Михаил Рывкин, Аркадий Шульман «Породненные войной. Праведники народов мира. Витебск, 1997).

В начале войны в Быковщине жило две еврейских семьи: Моргулисы и еще одна семья, которая пришла сюда с потоком беженцев. Думаю, во многих деревнях вокруг Ветрино жили в то время евреи. Однажды приехала в Быковщину к родственникам врач с Ветрино, увидела евреев и сообщила об этом немцам. Расправа с еврейскими семьями была жестокой. В одной семье было четверо детей, в другой – трое, один – грудной. Взрослых расстреляли, младенца фашисты схватили за ручки, подбросили в воздух и налету выстрелили в голову.

В детдоме в тот же день узнали об этом и поняли, какая участь их может ждать. Кроме Менделя Беленького, которого называли Миша, здесь скрывались, или вернее, жили с довоенного времени Нина, Роза и Янкель Меламеды, Гера Надель. Немцы грозили расправой всем, кто будет укрывать евреев. А значит, нависла угроза не только над жизнями воспитателей детдома, но и его воспитанников. Ведь они фактически тоже укрывали еврейских детей.

Но никто в детдоме не сказал, что этих детей надо прогнать, или сдать фашистам, чтобы сохранить собственную жизнь.

Все, кто работал в то время в детском доме, заслуживают наград за спасение детей. Я перечислю их поименно.

Григорий Сафронович Василевский – до войны завуч, а с июля 1041 года – директор детского дома в Быковщине.

Николай Станиславович Тишкевич – секретарь партийной организации, член партии большевиков с 1916 года, бывший красноармеец, боец бронепоезда «Красный путиловец».

Ветрино.
Ветрино.

Разумович Ольга Васильевна – о ней вспоминают, как о человеке, за которым было последнее слово.

Андрончик Люся, она была совсем молодой, и отчества никто не помнит.

Повариха Евдокия Михайловна Лобач.

Завхоз Яков Никитич Сильваненок.

Врач Зоя Васильевна Михайлова и ее старшая сестра Мелешко Тамара Васильевна.

В детдоме составили два списка. Один для немцев и полицаев, которые приходили с проверками, другой – действительный. В первом списке не было фамилий еврейских детей и тех, кто был старше 14 лет. Первым грозил расстрел, вторых пытались угнать на принудительные работы в Германию.

В Быковщине разработали целую систему оповещения. Детские дозоры сидели на деревьях, на чердаках домов и следили, не появятся ли немцы. И если поступал сигнал, что по дороге движутся немцы, детей, за которыми охотились фашисты, прятали в подвалы, в сараи, уводили в лес.

Зимой 1943 года Мендель Беленький заболел тифом. В это время немцы в очередной раз нагрянули с облавой в детдом. Решили зайти и в тифозную палату, где лежало десять больных детей. Зоя Васильевна Михайлова стала в дверях и как могла, принялась убеждать немцев не делать этого. Кстати, Михайлова, тогда еще молодой доктор, не имея лекарств, сумела выходить многих тяжело больных детей.

Не дождался освобождения, которое пришло летом 1944 года, Гера Надель. Девятилетний мальчик умер от туберкулеза. Отец троих Меламедов в 1945 году добрался до Палестины и потом забрал туда своих детей. Мендель Беленький учился в фабрично-заводском училище, работал строителем, служил на Балтийском флоте, учился в Гомельском музыкально-педагогическом училище, а потом до конца дней работал в Быковщине в том самом детском доме, где вырос, преподавателем музыки.

Жаль, никто из тех, о ком я рассказал не дожил до того дня, когда в Быковщине, стараниями Виктора Карасева была открыта Стела памяти. Но на открытии присутствовали их дети и внуки. Они будут знать, и помнить о том, как жили, через какие трудности прошли старшие поколения.

Еврейское местечко под Минском


Местечки Витебской области

ВитебскАльбрехтовоБабиновичиБабыничиБаевоБараньБегомль Бешенковичи Богушевск БорковичиБоровухаБочейковоБраславБычихаВерхнедвинскВетриноВидзыВолколатаВолынцыВороничи Воропаево Глубокое ГомельГородок ДиснаДобромыслиДокшицыДрисвяты ДруяДубровноДуниловичиЕзерищеЖарыЗябки КамаиКамень КолышкиКопысьКохановоКраснолукиКраснопольеКубличи ЛепельЛиозноЛужкиЛукомльЛынтупыЛюбавичиЛяды Миоры ОбольОбольцы ОршаОсвеяОсинторфОстровноПарафьяновоПлиссаПодсвильеПолоцк ПрозорокиРосицаРоссоны СенноСиротиноСлавениСлавноеСлобода СмольяныСокоровоСуражТолочинТрудыУллаУшачиЦуракиЧашникиЧереяШарковщинаШумилиноЮховичиЯновичи

RSS-канал новостей сайта www.shtetle.co.ilRSS-канал новостей сайта www.shtetle.co.il

© 2009–2010 Центр «Мое местечко»
Перепечатка разрешена ТОЛЬКО интернет изданиям, и ТОЛЬКО с активной ссылкой на сайт «Мое местечко»
Ждем Ваших писем: mishpoha@yandex.ru