Поиск по сайту

 RUS  |   ENG 

Аркадий Шульман
«ПЯТЬДЕСЯТ ДЕВЯТЬ ЛЕТ СПУСТЯ.»

Рахмил Бейлинсон
«СУДЬБА»

Антон Параскевин
«ОКАМЕНЕВШИЙ РАССВЕТ»

Антон Параскевин
«ТРИСТА СЕМНАДЦАТЫЙ»

Клара Миндлина
«К ИСТОРИИ ОДНОГО ПАМЯТНИКА»

Константин Карпекин
«ИУДЕИ И СОВЕТСКАЯ ВЛАСТЬ В МЕСТЕЧКЕ СИРОТИНО (1920-е гг.)»

Глеб Запальский
«МАНЕВИЧИ: СЕМЬЯ КУЗНЕЦОВ ИЗ СИРОТИНО»

Майя Щербаковская
«ОН БЫЛ ВЕСЕЛЫМ, ДОБРЫМ И УМНЫМ ЧЕЛОВЕКОМ»

Софья Филькова
«О СЕМЬЕ МАМЫ»

Антон Параскевин
«ВАЛУН ХАНА-РЕЙЗЫ»


МАНЕВИЧИ: СЕМЬЯ КУЗНЕЦОВ ИЗ СИРОТИНО

Мне, как историку, всегда было интересно раскапывать собственные корни, чем я занимаюсь до сих пор. Одна из линий моих предков – Маневичей – привела в крупное местечко Сиротино в Витебской губернии. Мне удалось собрать сведения о Менделе Гаврииловиче Маневиче (1875–1940) и его семье. По преданию его отец (а может быть, и дед) родился в 1810 г. и отличился особым долгожительством: он умер в 1923 г., попав под телегу.

Маневичи - Захар, неизвестная, Янкель, Мендель, Мария, Циля, Ева.
Маневичи - Захар, неизвестная, Янкель, Мендель, Мария, Циля, Ева.

Семья Менделя была весьма религиозной и придерживалась хасидизма. Глава семьи до последних дней жизни ходил в синагогу (две из трех сиротинских синагог были хасидскими), ежедневно читал Танах. Он был хорошим кузнецом, владел большим домом и кузницей. Подковывал лошадей, чинил и изготавливал инструменты, технику и неплохо зарабатывал этим. Кузниц в Сиротино было несколько, и улица, где селились кузнецы, даже называлась Ковалевской или Кузнечной (ныне Заречная). Через много лет жители этой улицы находили на своих участках шлак из кузниц.

Мендель Гаврилович Маневич указан в списке прихожан Хабадской синагоги в Сиротино, которую в народе называли «Хабадка». После ее закрытия в 1924 г. он, вероятно, стал ходить в Любавичскую синагогу. Кроме того, в документах Государственного архива Витебской области обнаружился ранее неизвестный старший брат моего предка – Рувим Гаврилович Маневич, родившийся в 1850-х или 1860-х гг. Он тоже был кузнецом, в 1924 г. его имущество описывалось так: «…имеет дом, сарай, кузницу, корову». Как и другие Маневичи, Рувим придерживался любавичского хасидизма. Как говорится в одном документе, «…к данному культу присоединился со дня рождения». Он был прихожанином Любавичской синагоги в Сиротино, причем не рядовым. В разных текстах за 1923-1930 гг. он упоминается как председатель правления синагоги, староста синагогального совета, «служитель культа» и даже раввин. Рувим неоднократно председательствовал на собрании прихожан Любавичской синагоги.

Мендель женился на Циле (Циве) Моисеевне (1880–1941), происходившей из местечка Бешенковичи в Витебской губернии. Вспоминают, что перед субботой она пекла хлеб, который потом хранился целую неделю, готовила национальное блюдо – фаршированную рыбу – в бочке. Были у них и дети, которые носили отчество Марковичи (видимо, «Менделевичи» звучало в России непривычно). Старшим был Захар (Залман) (1896–1979), который впоследствии вступит в партию, сменив фамилию на Мельников, и будет директором нескольких заводов в Киеве и Москве, а во время Великой Отечественной получит на фронте орден Красной звезды. Дочь Ева (1898–1941) выйдет замуж за рыбака Мэйлиса и переедет в Городок. Младшие дети: Янкель (Яков) (1900–1941) и Мария (1906–1983), которая выйдет замуж за Михаила Лазоренко, а затем за Наума Рейдера и проживет много лет в Ужгороде. Мальчики помогали отцу в кузнице.

Мельников (Маневич) Захар Маркович.
Мельников (Маневич)
Захар Маркович.

Мендель некоторое время служил в царской армии, участвовал в русско-японской войне 1904–1905 гг. Вскоре после войны в результате пожара сгорело почти все Сиротино, в том числе дом и кузница Менделя. Он получил ссуду в банке и взял в долг деньги у сестер жены на строительство новой кузницы. Ее удалось построить через 4 года, а снимать жилой дом пришлось значительно дольше. Это время было непростым для семьи. Приходилось напряженно работать, чтобы отдать долги; порой нужно было наниматься к соседям на сельскохозяйственные работы, дабы получить часть урожая. Зато новый дом был построен большим, пятистенным, крышу покрыли деревом, а не соломой, как у большинства других хозяев.

После революции еврейские местечки доживали последние годы. Стали закрывать синагоги, вскоре пришла и эпоха коллективизации. Несмотря на уговоры родных, Мендель вступать в колхоз отказался, оправдываясь преклонным возрастом. Он стал по статусу некооперированным кустарем-одиночкой, но его кузницу в колхоз забрали. Человек по натуре гордый, эмоциональный, про колхозы он говорил так: «Пускай у них там все сгорит». В 1933–1934 гг. был сильный голод. Приходилось собирать в поле головки клевера, смешивать их с отрубями и прочими не слишком аппетитными ингредиентами и печь сочни. Газа в Сиротино, естественно, не было, а примус Циля считала адской машиной.

Сиротино. Улица Заречная, на которой жили Маневичи.
Сиротино. Улица Заречная, на которой жили Маневичи.

Мендель долго страдал параличом. Он тяжело переживал отсутствие возможности работать и бедность, хотя ему и помогали дети. В результате его сердце не выдержало – он умер в 1940 г. в Сиротино, не дожив одного года до войны и уничтожения его местечка. Но до этого печального рубежа дошли другие члены семьи. После смерти мужа, Циля решила пожить по очереди у всех детей. Сначала год жила у Евы в Городке, потом у Марии – в Василькове в Киевской области, потом несколько месяцев у Захара – в Москве. Ее хотели оставить подольше, но она привыкла к сельской жизни и не могла представить, что «земля будет пустовать». Кроме того, в столице не было возможности обеспечить кошерность пищи. В конце апреля 1941 г. она уехала в Сиротино сажать картошку. Сын Янкель вскопал ей огород плугом на колхозной лошади, а все остальное она делала сама.

Ну, а через пару месяцев пришла война. Янкель служил пулеметчиком и погиб в первые дни войны в боях за железнодорожную станцию Шумилино (Витебская область).

По семейному преданию, Цилю, а также жену Янкеля Елизавету и троих ее детей немцы сбросили в колодец. И вероятно, что это произошло до 18 ноября, когда произошел массовый расстрел евреев. Еву со своими тремя детьми постигла та же участь, только в гетто Городка. Из всей семьи остались в живых Захар и Мария, которые дали жизнь новым поколениям, в том числе и мне.

Буду очень признателен всем, кто что-либо знает о семье Маневичей и откликнется на мое письмо.

Глеб Михайлович Запальский,
Москва

Еврейское местечко под Минском


Местечки Витебской области

ВитебскАльбрехтовоБабиновичиБабыничиБаевоБараньБегомль Бешенковичи Богушевск БорковичиБоровухаБочейковоБраславБычихаВерхнедвинскВетриноВидзыВолколатаВолынцыВороничи Воропаево Глубокое ГомельГородок ДиснаДобромыслиДокшицыДрисвяты ДруяДубровноДуниловичиЕзерищеЖарыЗябки КамаиКамень КолышкиКопысьКохановоКраснолукиКраснопольеКубличи ЛепельЛиозноЛужкиЛукомльЛынтупыЛюбавичиЛяды Миоры ОбольОбольцы ОршаОсвеяОсинторфОстровноПарафьяновоПлиссаПодсвильеПолоцк ПрозорокиРосицаРоссоны СенноСиротиноСлавениСлавноеСлобода СмольяныСокоровоСуражТолочинТрудыУллаУшачиЦуракиЧашникиЧереяШарковщинаШумилиноЮховичиЯновичи

RSS-канал новостей сайта www.shtetle.co.ilRSS-канал новостей сайта www.shtetle.co.il

© 2009–2010 Центр «Мое местечко»
Перепечатка разрешена ТОЛЬКО интернет изданиям, и ТОЛЬКО с активной ссылкой на сайт «Мое местечко»
Ждем Ваших писем: mishpoha@yandex.ru