Поиск по сайту

 RUS  |   ENG 

Аркадий Подлипский
«ОРШАНСКИЙ ПОГРОМ»

Константин Карпекин
«ОРШАНСКИЕ СИНАГОГИ В 1920-е гг.»

Виктор Юранов
«ТРАГЕДИЯ ОРШАНСКОГО ГЕТТО»

Яков Беккер
«ГОДЫ ВОЙНЫ»

Аркадий Шульман
«ПОРОДНЕННЫЕ ВОЙНОЙ»

Борис Литорович
«ПРОФЕССИЯ – ЗАЩИЩАТЬ ЛЮДЕЙ»

Марк Ашкенази
«НА СТАНЦИИ ОРША»

РОЗЫСК РОДСТВЕННИКОВ

Ася Иткин
«А ИДИШЕ МАМЭ»

Александр Шульман
«ЕВРЕЙСКИЙ АЛЬБОМ»

Орша в «Российской еврейской энциклопедии»


ПОРОДНЕННЫЕ ВОЙНОЙ

Я получил письмо из Орши от школьного учителя Руслана Анатольевича Середы. Он писал, что прочитал книгу, составленную мной и директором Музея истории евреев Беларуси Инной Герасимовой «Праведники Народов мира Беларуси»

«Был удивлен, – написал Руслан Анатольевич. – Старожилы города Орши знают, что в 1941 году белорусская женщина Ольга Сапего, проживавшая по 2-му Пролетарскому переулку спасла жизнь еврейскому мужчине Хасману Михаилу Иосифовичу, 1905 г.р. Почему-то об этом случае нет и строчки в данном издании. Хотелось бы, чтобы этот факт дополнил книгу. Ведь и сейчас в городе живет сын этой благородной женщины – Иван Сапего. Он был тренером по борьбе. Несколько лет назад Иван Сапего рассказывал об этом случае на оршанском телеканале «СКИФ».

Сегодня более пятисот человек, живших, или живущих ныне в Беларуси удостоены звания «Праведник Народов мира». Их имена вошли в книгу, о которой упомянул Руслан Середа. Нисколько не сомневаюсь, это далеко не полный список благородных и мужественных людей, пришедших в страшную минуту на помощь друзьям, соседям, а то и просто незнакомым людям. Они поступили так, потому что по-другому поступить не могли. В Иерусалимском Институте Катастрофы и Героизма Яд Вашеме, который представляет людей к званию «Праведников Народов Мира», знают не обо всех случаях бескорыстного мужества граждан Белоруссии. Долгое время люди, совершившие подвиг, боялись об этом говорить. Все, что касалось евреев, лучше было держать в тайне. Так спокойнее было жить. К началу девяностых годов, когда слово «еврей» на территории Советского Союза перестало быть крамольным, в живых осталось немного Праведников. А их дети или внуки, что-то слышали, но не могли назвать имен спасенных, не знали, где они жили после войны.

Поэтому списки Праведников, живших в Советском Союзе, были короче, чем аналогичные списки из Польши, Голландии или Италии.

Получив письмо из Орши, я запросил в областном партийном архиве материалы о Михаиле Хасмане. Из немногочисленных документов, хранящихся в двух тонких папках, вырисовывалась фигура смелого человека, сильного хозяйственника, вырисовывалось самое время, в котором жил Михаил Иосифович.

Родился 5 мая 1905 года в деревне Шарипы Горецкого района в крестьянской семье. Родители были земледельцами. Во многих деревнях Горецкого района в те годы жили евреи. Они были портными, сапожниками, кузнецами, бондарями, стекольщиками, клали печи, работали балагулами (извозчиками), арендовали сады, озера, мельницы. Евреи держали постоялые дворы, лавки, магазины, корчмы, развозили товары по деревням. Были и крупные купцы. Часть еврейского населения занималась земледелием. Наверное, хозяевами были рачительными, не случайно из их детей со временем получились хорошие председатели колхозов. Их было немало в Белоруссии в послевоенные годы. Михаил Иосифович Хасман не один десяток лет возглавлял передовой колхоз. Но это было позже…

Восьмилетнего Мишу, наверное, тогда звали Мойша, определяют учиться в Дубровно в неполную среднюю школу.

В Шарипах не было школы или не было, скорее всего, еврейской школы. И мальчика определяют на учебу в местечко Дубровно. Миша, выросший в патриархальной еврейской семье, говорил и думал на идише. Хотя, безусловно, постоянно находясь в деревенском окружении, знал и белорусский и русский языки.

Это позднее, в 1947 году, вступая в коммунистическую партию, Хасман на вопрос: «Какими языками владеет?», ответит: «Русским и белорусским», забыв при этом упомянуть идиш, а уж, тем более, древнееврейский язык, который в стране Сталина, считали буржуазным. В конце сороковых – начале пятидесятых годов лучше было не дразнить власти, лишний раз, упоминая о том, что связано с еврейством. Удивляюсь, как пропустили, что из трех рекомендаций Хасману в партию, две – были даны евреями. Первую написал Гуревич Яков Павлович – инструктор Оршанского райкома партии, еще одну – Таугер Евель Нохимович – бригадир колхоза «Красный берег» и, как говорили в те времена, «примкнувший к ним» Горбачев Александр Алексеевич – заведующий отделом сельского хозяйства Оршанского райкома партии. Вероятно, в 1947 году это было еще допустимо. Через пару лет, в разгар «сталинских антисемитских кампаний» им бы приписали «сионистский заговор с целью разложения партии изнутри».

В дубровенской школе Михаил Хасман проучился пять лет до 1918 году. В годы Гражданской войны, когда на страну обрушились и голод, и болезни, грабили и убивали людей многочисленные банды, мальчик возвращается к родителям в деревню Шарипы и помогает им по хозяйству.

В конце 20-х годов стали организовываться колхозы, и 24-летний Михаил Хасман идет работать завхозом в колхоз «Красный берег» – это недалеко от Орши. С этим хозяйством будет связана половина его жизни.

К 39-му году Михаил Хасман призван в ряды Рабоче-Крестьянской Красной армии. В автобиографии он пишет: «Участвовал в польской компании и финской, где был тяжело ранен, стал инвалидом 2-й группы».

В 1940 году Хасман лечится в уфимском госпитале. Рана, полученная во время финской войны, напоминала о себе всю жизнь. Из-за нее он не был призван в армию во время Великой Отечественной войны. Да и в послевоенное время вынужден был постоянно лечиться и находиться под присмотром врачей.

Когда началась Великая Отечественная война Михаил Хасман – опытный человек, прошедший две войны, муж и отец семейства, назначен ответственным за эвакуацию колхозного имущества. Трудная была задача, эвакуировать на восток колхозный скот. Никто не давал транспорт, в первую очередь надо было вывести на восток станки и оборудование, чтобы запустить заводы, требовалось безотлагательно воинским эшелонам давать зеленый свет, если представлялась возможность, специалистов с семьями эвакуировать на восток.

В автобиографии Михаил Хасман напишет: «Колхозный скот эвакуировал, а сам не успел выехать». Он угонял скот на восток вместе с Николаем Сапего – колхозным конюхом. Михаил остался в Белоруссии, а Николай ушел на восток. Больше никаких сведений о Николае Сапего семья не получала. В суматохе первых дней войны, когда немецкие самолеты непрерывно бомбили дороги, по которым двигались беженцы, когда механизированные части вермахта, перерезали пути к отступлению, когда в тылу наших войск действовали диверсанты, погибнуть было во сто крат легче, чем выжить.

К середине июля 1941 года немцы захватили Витебскую, Могилевскую области. Михаил Иосифович уходит в родную деревню Шарипы. Ему казалось, что там будет проще переждать войну. Никто не рассчитывал, что она затянется на столько лет. Михаила волновало, что будет с родителями, сестрами, братьями. Он понимал, что в трудную минуту должен быть рядом с ними.

С 15 июля по сентябрь 1941 года он живет, вернее, скрывается от немцев и полицаев в Шарипах. Кто ему помогал, мы уже не узнаем.

В конце сентября Хасман возвращается в Оршу. Можно только догадываться, почему он это сделал. Наверное, в Шарипах оставаться было очень опасно.

С сентября 1941 года по май 1942 года Михаил Иосифович скрывался от немцев в доме Ольги Кононовны Сапего.

Руслан Середа писал мне: «Я разыскал Сапего Ивана Николаевича и записал его воспоминания о спасении его матерью Хасмана Михаила Иосифовича.

До войны семья Николая и Ольги Сапего жила в пригородном колхозе «Красный берег», возле Орши. Николай работал в хозяйстве конюхом, Ольга – рабочей. Растили сыновей Алексея (1935 г.р.) и Ивана (1939 г.р.).

Как-то в городе Ольга Кононовна встретила бывшего завхоза колхоза «Красный берег» – Хасмана Михаила Иосифовича, который попросил ее о помощи. В Орше уже было создано гетто на улице Городнянской (теперь Энгельса), фашисты издевались над евреями, люди умирали от побоев, болезней, голода. За любую провинность наказанием был расстрел.

С осени 1941 года по май 1942 года Михаил Хасман скрывался в доме Ольги Сапеги. Тайник был сделан в промежутке между стеной дома и русской печью. А иногда хозяйка прятала Михаила в погребе. Угроза для семьи Сапего исходила от близкого соседства с немецкой жандармерией, которая располагалась через дом, в бывших панских покоях. Часто возле дома останавливались немецкие части и под окнами солдаты играли на губных гармошках.

Не меньшей угрозой были соседи. Дом-пятистенок, где жила Ольга Кононовна занимали две семьи. В другой половине жила семья Багузовых. В 1937 году хозяина этой семьи арестовали и расстреляли. Репрессии 37-го коснулись многих невинных людей. Но Багузовы затаили обиду на Николая Сапегу, мол, он-то остался жив, а их отец и муж, ни в чем не повинный человек, расстрелян. Эти соседи могли в любую минуту выдать Михаила Хасмана и семью, которая его прятала, оккупантам. Ольга Кононовна понимала это, но до мая 1942 года давала убежище Михаилу Хасману. Большинство членов его семьи, родственников, погибло в Оршанском гетто».

В мае 1942 года Михаил Хасман ушел к партизанам. Он воевал в отряде «Суворова» партизанской бригады № 15 «Чекист».

Михаил не случайно оказался именно в этой партизанской бригаде, и вскоре был назначен старшиной роты.

Хасман проходил действительную службу в погранотряде. Начальником погранзаставы 88-го погранотряда был Г.А. Кирпич. В марте 1942 года в Круглянском районе Г.А. Кирпич организовывает разведывательную группу из красноармейцев-окруженцев в составе 40 человек. Эта группа уже в мае 1942 г. становится партизанской бригадой «Чекист», в ней 600 человек, она действует на территории Шкловского, Круглянского, Белыничского районов Могилевской области, а также Оршанского, Толочинского и Лепельского районов Витебской области. Уже к августу 1942 года бойцы бригады подорвали 30 паровозов, 307 вагонов с гитлеровцами и военным снаряжением, уничтожили 14 платформ с танками и артиллерией, истребили 4 тысячи и ранили 300 вражеских солдат и офицеров.

За боевые заслуги Михаила Хасмана наградили медалью «Партизана Великой Отечественной войны» I степени, медалью «За боевые заслуги».

А когда освободили белорусскую землю, надо было возвращаться к мирной жизни. С августа 1944 года Михаил Иосифович – председатель колхоза «Красный берег». Мужчины были на фронте, дома – инвалиды, вернувшиеся с войны, да еще старики и дети. Основная тяжесть легла на женские плечи. И все же люди выстояли, вытерпели, сумели в неимоверно трудных условиях, подняться на ноги. И заслуга в этом, таких председателей как Михаил Хасман.

Здоровье, вернее его отсутствие, давало о себе знать, и Михаила Иосифовича переводят председателем в колхоз «Большевик», чтобы он был ближе к Орше и мог постоянно находиться под наблюдением врачей.

С 1946 года Хасман жил в Орше с сыном в деревянном доме по улице Энгельса, 150.

Заботы и мысли Михаила Иосифовича были в первую очередь о работе. Он был хорошим хозяйственником, заботливым руководителем, его уважали и ценили подчиненные.

В 1965 году за успехи, достигнутые в увеличении производства и заготовки льна, конопли, хмеля, Михаила Иосифовича награждают орденом Трудового Красного Знамени. За трудовые дела Хасмана наградили и орденом «Знак Почета».

В характеристике, которую дал Хасману для награждения орденом секретарь Оршанского райкома партии Иванов, нет упоминания, что в годы войны почти год Михаила Иосифовича прятали от немцев и полицаев мужественные белорусские люди.

Всю жизнь Хасман был благодарен Ольге Кононовне за спасение. Как мог, помогал ей. «Будучи председателем колхоза, он постоянно навещал наш дом, где скрывался от немцев. К началу осени провозил нам картофель, овощи и другое», – это из письма Ивана Николаевича Сапего.

Михаил Иосифович был членом Оршанского райкома партии и депутатом районного Совета, его награждали грамотами, приглашали в президиумы.

В 1969 году Хасман ушел на пенсию.

(ГАВО, ф. 2-п, о. 2 д. 139, ф. 2-п, о. 39, д. 227)

Прошли годы. Нет среди нас Михаила Хасмана. Умер его сын – Владимир Михайлович, который жил в Минске и работал в Музее Отечественной войны. Но жива память у старшего поколения оршанцев о своих земляках.

В 2001 году оршанский телеканал «СКИФ» сделал документальную передачу о Михаиле Хасмане и его спасительнице Ольге Кононовне Сапего. В съемках принимали участие: сын Ольги Кононовны – Иван Николаевич и две довоенные соседки. (К сожалению, их уже тоже нет в живых)». Сценарий написал писатель А. Л. Лазуркин.

Аркадий Шульман

Еврейское местечко под Минском


Местечки Витебской области

ВитебскАльбрехтовоБабиновичиБабыничиБаевоБараньБегомль Бешенковичи Богушевск БорковичиБоровухаБочейковоБраславБычихаВерхнедвинскВетриноВидзыВолколатаВолынцыВороничи Воропаево Глубокое ГомельГородок ДиснаДобромыслиДокшицыДрисвяты ДруяДубровноДуниловичиЕзерищеЖарыЗябки КамаиКамень КолышкиКопысьКохановоКраснолукиКраснопольеКубличи ЛепельЛиозноЛужкиЛукомльЛынтупыЛюбавичиЛяды Миоры ОбольОбольцы ОршаОсвеяОсинторфОстровноПарафьяновоПлиссаПодсвильеПолоцк ПрозорокиРосицаРоссоны СенноСиротиноСлавениСлавноеСлобода СмольяныСокоровоСуражТолочинТрудыУллаУшачиЦуракиЧашникиЧереяШарковщинаШумилиноЮховичиЯновичи

RSS-канал новостей сайта www.shtetle.co.ilRSS-канал новостей сайта www.shtetle.co.il

© 2009–2010 Центр «Мое местечко»
Перепечатка разрешена ТОЛЬКО интернет изданиям, и ТОЛЬКО с активной ссылкой на сайт «Мое местечко»
Ждем Ваших писем: mishpoha@yandex.ru