Поиск по сайту

 RUS  |   ENG 


Воспоминания Полины Захаровны (Песи Залмановны) Кожевниковой

Полина Захаровна Кожевникова
Полина Захаровна Кожевникова

Я родилась в Крыму. Но мы здешние, коренные, с Городокского района. Как это получилось? В 1924-25 годах евреи поехали добровольно в Крым, на юг Украины, заниматься сельским хозяйством. Там были организованы специальные еврейские сельскохозяйственные поселения на пустующих землях. Мои родители поселились в 18 километрах от Симферополя и в 3 километрах от станции Сарабус.

Мама – Юдовина Леля Менделевна приехала туда раньше, а потом через год приехал туда мой отец Нехамчин Залман Давидович, и они поженились. А потом в 1926 году родилась я.

Один мой дед с деревни Кузьмино, другой – с деревни Бесенята (теперь она называется деревня Светлая и многие не знают прежнего названия). Эти деревни в Городокском районе, недалеко от деревни и станции Бычиха.

Деды на земле работали. Отец отца занимался скотом. Покупал по деревням, резал его, продавал.

У мамы был старший брат – комсомолец, активист Яков Менделевич Юдовин. Когда появился лозунг, что евреи должны ехать осваивать пустующие земли юга Украины и Крыма, он сказал, что поедет. И мамин отец Юдовин Мендель Лазаревич сказал, что если сын поедет, то он поедет тоже. Вот так они попали туда в это еврейское сельскохозяйственное поселение. Вся семья. Отец работал, и дед, мамин брат был одним из первых трактористов. Дали дома всем, хозяйство у нас свое было. Я помню хорошо, хотя была ребенком, виноградник у нас свой был 40 соток, свой абрикосовый сад. Там родилась моя сестра Мира. Сейчас она Танкевич Мира Залмановна, живет в Германии.

Потом стали коммуны организовывать. Все должно было быть общим. Мой дядя, как комсомолец, первым все отдал в коммуну. Корову, лошадь, и даже вилки и ложки. Ничего не осталось в доме. Я, почему это хорошо помню. Я заболела там стригущим лишаем, и даже в доме ложки не было, чтобы меня накормить. Потом было опубликовано в газетах письмо Сталина, говорили, что даже телеграмма пришла от него, чтобы перегибы ликвидировать и коммуны распустить. Дядя все туда отдал, а оттуда ему ничего не вернулось.

Потом сделали колхозы. Пережили там землетрясение, а когда голод стал в 1932 году дедушка, папин отец, стал писать нам, чтобы ехали сюда обратно в Белоруссию. Он по-прежнему жил в Бычихе, здесь в Городокском районе. Писал, что здесь прожить можно. Папа меня взял, и мы вдвоем поехали. Ехали поездом, отец отстал от поезда, и для меня была трагедия, пока он не нагнал его. Потом я помню, что он ездил еще в Крым на уборку урожая. И уже позже вся семья переехала сюда в деревню Бесенята, это в двух километрах от Бычихи. Потом построили дом в Бычихе, он и сейчас там стоит.

Железнодорожная станция Бычиха
Железнодорожная станция Бычиха

Бычиха – был большой поселок. Что было до войны, я все восстановила в памяти и записала в тетради.

В Бычихе жило много белорусов, русских и евреев. Перечислю евреев. Семья Плискиных. Глава – Иосиф, жена – Рива, детей у них было четверо: Хая, Миля, Борис, Лева. В 1939 году они уехали в Городок. Во время войны эвакуировались и жили в Свердловске.

Брук Михаил жил в Бычихе с женой Фрузой. Это вторая жена. Она была русская. И первая жена была тоже русская – Мария. От первой жены было двое детей – дочери Лида и Римма. В 1941 году немцы повесили Брука Михаила на железнодорожном переезде. Висел там чуть ли не целую неделю. Повесили, потому что был еврей. Потом его похоронили на русском кладбище. Еврейского кладбища в Бычихе не было. До войны евреев хоронили в Городке. А во время войны, куда повезешь. Потом в Бычихе жили еще два брата Бравины. Один – Хаим. Жена его – Рива. Они эвакуировались в 1941 году. Второй брат – Симон, жена Тоня, были убиты немцами в октябре 1941 года и похоронены в Бычихе в той могиле. У Симона было двое детей: сын Алик погиб на фронте в 1942 году, дочь Эстер после войны жила в Ленинграде, умерла 1999 году.

Семья Поташинского Симхи. Жена – Либа-Соре, дети Борис, Лиля. Они были эвакуированы. Борис после войны жил в Великих Луках и там умер. Дочь Лиля сейчас в Германии.

Семья Юды Вайханского. Жена Даша, дети – Лиза, Яня, Меня. Эвакуированы. Сын Юды погиб на фронте. Лиля жила в Ленинграде, сын Меня учился в школе вместе со мной.

Семья Нехамчина Давида Абрамовича – это деда моего, 1861 года рождения. Жена Риша, 1867 года рождения, дети – Симха, Гинда, Меня и  Залман – мой отец.

Симха до войны переехал в Городок. Когда началась война, моего отца Залмана сразу забрали на фронт, а Симхе разрешили довести семью до места эвакуации. У него было трое детей: Нина, Муля и Эдик, младшему было всего 8 месяцев. И мы поехали с ним: я, сестра Мира, брат Гриша, мама, мамина мачеха – бабушка Фрума. Мы сначала шли 350 километров до Старого Торопца – это в нынешней Тверской области.

Мы вышли из Бычихи, вся семья. Дедушка – мамин отец Мендель Лазаревич не пошел, потому что остался здесь Давид Абрамович Нехамчин. Давид Абрамович был очень верующий человек, у него было много книг, и он сказал: «Я верю в Бога и меня никто не тронет. Я никому ничего плохого не сделал. Я поэтому не пойду». Наверное, про фашистов не писали в его книгах.  Как я понимаю теперь, у него видно был инсульт, и он плохо ходил и не хотел быть никому обузой. Так вот мамин отец сказал, что я тоже не пойду, раз так, я его одного не оставлю. И они остались втроем: бабушка и два дедушки. А мы пошли. По дороге встретили семью из Городка дяди Симхи и мы добирались вместе. В Старом Торопце нас посадили в товарный вагон, и мы доехали до станции Бологое. Поезд бомбили сильно. Симха вернулся назад, он же слово давал. Его призвали в армию, и он погиб под Сталинградом.

Нехамчин ДавидНехамчина Риша
Нехамчин Давид и Нехамчина Риша

Мы добрались в конце-концов до Свердловской области.

Дед и до войны, как я помню, молился дома днями напролет. Синагоги в Бычине не было. Он был в старые времена а шойхет. Приезжал в Городок, здесь резал телят, птицу, и по деревням ездил резать телят.

Мы учились в Быках – там  было 4 класса, и в Бычихе – 4 класса, в Кузьмино – было 7 классов.

Другой дед, мамин отец, Юдовин Мендель Лазаревич, 1866 года рождения, жена Фрума Моисеевна, дети: моя мама – Леля, брат Яков, сестра Ида.

Папу забрали на фронт, хотя он очень больной человек был, до войны не раз болел крупозным воспалением легких. Отец попал в окружение. Из 1500 человек вышло всего 75. 1942 год – самая война, но отца комиссовали из армии. Помню, как он к нам приехал. Мама сожгла его фуфайку сразу, там живого места не было, одни вши. Он пришел в феврале 1942 года, а 31 мая 1942 года – умер. Молодой еще. Вынужден был пойти на работу, хотя был совсем слабый. Кормилицей семьи была я, потому что у мамы был врожденный порог сердца. Я работала в колхозе, на лесозаготовках.

Отец, когда вернулся домой, привез видно и тифозные вши, и я заболела сыпным тифом. Меня положили в больницу, а он вынужден был идти работать. Отец очень любил животных, пошел работать в конюшню. Там продуло его, он заболел и умер.

Когда мама обратилась в военкомат за справкой, то там на него хранились документы, как на погибшего на фронте.

В могиле в Бычихе лежат Бравины Симон и Тоня, Нехамчины Давид и Риша, Юдовин Мендел.

Мне рассказывали, как они дожили до октября 1941 года. Их в гетто в Городок не отвезли. Немцы не особенно обращали внимания на этих стариков, они даже дрова заготовили на зиму и баню топили. Но полицаи говорили: «Почему эти жиды живут». В Бычихе не только стоял немецкий гарнизон, но и полицаев хватало.

Этих пять человек оттуда из Бычихи хотели вывести. Жена Симхи Бравина Тоня из деревни Малашенки. У нее там жили сестра с мужем. Ее сестра Нина Поташинская еще при царе Николае II крестилась в Полоцком монастыре в православие. Но когда немцы пришли, полицаи им, конечно, сказали, что она «жидовка». А у нее был документ, что она «перекрест». И немцы сказали, раз так, собери сто подписей, что ты соблюдала православную веру, и тебя не тронут. Она собрала сто подписей и осталась жива. Она и ее муж белорус Герасим решили спасти сестру Тоню с мужем и с моими стариками. Они выкопали в бору, где-то за Меховым землянку, поставили там печку, сделали навес и за ними поехали. Но в Бычихе и сестра ее Тоня, и ее муж, и старики мои сказали, что никуда не поедут. Мол, мы никого не трогаем и нас никто не тронет. Поэтому не поехали с Ниной и Герасимом или по другим причинам, сегодня никто не скажет. Но вскоре евреев Бычихи убили. Немцам донесли, что их могут спасти, и те решили их немедленно расстрелять.

Памятник на месте расстрела евреев Бычихи
Памятник на месте расстрела евреев Бычихи

До войны в деревне Кузьмино жила еврейская семья Моисея Цинмана. Жена Рива и двое детей Роза и Саул. Саул погиб на фронте. Остальные успели эвакуироваться.

В Малашенках жила семья Копла Поташинского. У него было семь детей.  Симон погиб на фронте, Нина крестилась, Тоню расстреляли в Бычине.

В Березовке Бычихинского сельского совета до войны жили три сестры еврейки: Фрида, Риша и Рая. Их там же в Березовке и убили. Где их могила я не знаю.

В эвакуации я сдала экстерном за 10 классов и закончила 6-ти месячные педагогические курсы, чтобы преподавать в младших классах. Когда освободили Минск, я тут же написала письмо, что хочу вернуться на родину. Мне прибыл вызов на работу учителем в Бычиху. Я села на поезд в июле 1944 года и поехала. Мне было 18 лет. Доехала до Москвы. Оттуда я добиралась в эшелоне с летчиками до Смоленска. Потом на попутных машинах до Витебска. А из Витебска ехала на платформе с танкистами.

Приехала в Бычиху, там стоит воинская часть. Домик наш уцелел, и домик дедушки с бабушкой тоже. Все было разграблено. У нас до войны стояла на квартире женщина, ее дочь жила в Зубаках. Ее муж был полицай. Все что у нас было, они перевезли в Зубаки. И корову нашу увели. Машинку швейную мне одна женщина отдала, но это не из нашего дома. Видно у других евреев она была.

В доме Симхи и Тони жил мастер Ратохля. Его зять был полицай. Все, что было у дедушки с бабушкой, все стояло теперь в этом доме: трюмо большое старинное, сервантик старинный и даже серебряные еврейские килишеки (рюмки) – все там.

Деревня Бычиха
Деревня Бычиха

Военные говорят мне, давай пойдем и заберем у них – имеем на это право, притом есть свидетели. Я думала, приедет ко мне мама, сестра, мы в этом доме будем жить, все будет как до войны. Я думала, уеду за мамой, а они дом сожгут. И я говорю военным, когда приеду окончательно, тогда другое дело, все вернем.

Нам предлагали оставаться в Свердловской области, говорили, дом построят, работу дадут. Но мы вернулись. Дом уже наш стоял пустой. Все из него вывезли. Мама сказала, что раз все убитые, мы здесь жить не сможем. Мы продали дом и перебрались в Городок. Это было в конце 1944 – начале 1945 года.

Я работала в разных организациях. Замуж вышла в 1947 году. Муж был моряк-подводник, служил на подводной лодке с 1938 по 1947 год. Это его родительский дом, где я сейчас живу. Отец его умер еще в 1936 году, маму его и старшего брата семью, троих детей, жену немцы расстреляли на Воробьевых горах.

У него было три брата Семен, Яков и Лева и сестра. Лева погиб на фронте. Говорили, погиб при обороне Брестской крепости. Муж ездил, узнавал, вроде он нашел там его фамилию. Брат Яша тоже погиб на фронте. Семен (Шлема) был до войны женат на русской женщине. Он попал в плен в первые месяцы войны. Удрал оттуда и пришел в Городок, прятался дома, в лесу. Его выдали и убили. Жена оказалась в Чехословакии, уехала с чехом, который служил в немецкой армии, и двое детей Семена живут там в Чехии.

Муж Кожевников Абрам Шаевич до войны окончил Городокский сельскохозяйственный техникум и работал мастером в МТС. В послевоенные годы был директором крупнейшего в районе совхоза «Смоловка», восстанавливал спиртзавод. Был заместителем директора сельского профтехучилища. Умер в 63 года.

Еврейское местечко под Минском


Местечки Витебской области

ВитебскАльбрехтовоБабиновичиБабыничиБаевоБараньБегомль Бешенковичи Богушевск БорковичиБоровухаБочейковоБраславБычихаВерхнедвинскВетриноВидзыВолколатаВолынцыВороничи Воропаево Глубокое ГомельГородок ДиснаДобромыслиДокшицыДрисвяты ДруяДубровноДуниловичиЕзерищеЖарыЗябки КамаиКамень КолышкиКопысьКохановоКраснолукиКраснопольеКубличи ЛепельЛиозноЛужкиЛукомльЛынтупыЛюбавичиЛяды Миоры ОбольОбольцы ОршаОсвеяОсинторфОстровноПарафьяновоПлиссаПодсвильеПолоцк ПрозорокиРосицаРоссоны СенноСиротиноСлавениСлавноеСлобода СмольяныСокоровоСуражТолочинТрудыУллаУшачиЦуракиЧашникиЧереяШарковщинаШумилиноЮховичиЯновичи

RSS-канал новостей сайта www.shtetle.co.ilRSS-канал новостей сайта www.shtetle.co.il

© 2009–2010 Центр «Мое местечко»
Перепечатка разрешена ТОЛЬКО интернет изданиям, и ТОЛЬКО с активной ссылкой на сайт «Мое местечко»
Ждем Ваших писем: mishpoha@yandex.ru